Лыжнег

10.10.2011

Православный публицист Владимир Голышев написал пьесу про патриарха Кирилла «Лыжнег». Пьеса – редкий для России случай социальной сатиры. Блог Толкователя с разрешения автора публикует отрывок из этой пьесы.

(В начале пьесы говорится, что патриарх Кирилл принял решение создать себе двойника)

Акт второй

Сцена первая

Храм Христа Спасителя. Зал соборов. На стене массивный щит с надписью «ВСЕРОССИЙСКИЙ КОНГРЕСС РАЗВИТИЯ ДУХОВНОСТИ». В президиуме (слева направо): Берл Лазар, Светлана Медведева, протоиерей Всеволод Чаплин, муфтий Равиль Гайнутдин, глава РЖД Якунин и полный улыбчивый азиат в буддийской «спецодежде». Между Чаплиным и Медведевым свободный стул.

На трибуне патриарх Кирилл.

Кирилл: …Все мы помним прекрасные слова православного богослужебного чина: (декламирует) «ГорЕ имеем сердца!» Как понимать этот вдохновенный призыв? (резко) Нет! Не призыв! (с нажимом) Напоминание!

«Мхатовская» пауза.

(пафосно) Устами священнослужителя сам Бог велит человеческому сердцу помнить о его высоком призвании!

Аплодисменты.

(продолжает) …А сердце человеческое не слышит. Почему? Потому что погрязло во зле! в грехе! в скверне, захлестнувшей мир подобно водам Всемирного Потопа! Торжество зла, которое все мы сегодня наблюдаем, влечет за собой те ужасные последствия, которые подробно описал апостол Иоанн. И наша с вами общая задача сегодня – (с нажимом) не допустить апокалипсиса! Пресечь зло! Остановить его наступление!

Аплодисменты.

Медведева (Чаплину, шепотом): Надо Дмитрия Анатольевича в известность поставить.

Чаплин (кивает): Безусловно. Глава государства не может оставаться в стороне.

Кирилл бросает в их сторону быстрый оценивающий взгляд.

Кирилл: Отдельное спасибо хочется сказать Дмитрию Анатольевичу Медведеву.

Бурные аплодисменты.

Заимствуя некоторые технические приспособления, наше руководство умело оберегает страну от нравственного разложения и культа наживы, характерного для стран Запада – этой цитадели греха… (с лукавой улыбкой) Но ведущая роль, конечно, должна принадлежать церкви! Тут двух мнений быть не может.

Аплодисменты. 

Многое еще предстоит сделать, чтобы восстановить попранную справедливость… Иные спрашивают: что Русь делало Святой? И куда всё подевалось? А ведь всё просто…

Патриарх хитро прищуривается, расслабленно облокачивается о трибуну и, наклонившись к самому микрофону продолжает задушевным тоном.

Вот про Москву прежде говорили: сорок сороков. (поясняет) Православных храмов в городе было столько. Давайте посчитаем…

Быстрым движением достает айфон и включает калькулятор. Светлана Медведева с озабоченным видом тоже лезет в сумочку за айфоном.

(торжествующе) Тысяча шестьсот!!!.. А ведь жителей было в десять… нет! в двадцать раз меньше!..

Азартно тычет пальцем в айфон.

(поражённо) Тридцать две тысячи православных храмов!.. И это, не считая монастырей, подворий, домовых церквей!.. Таков, если можно так выразиться, прожиточный минимум современной Москвы. (заводится) И остальная страна должна стремиться к этой Богм установленной пропорции! Чтобы не допустить апокалипсис! Чтобы население духовно возрастало в страхе божием! В производительном труде! Чтобы укреплялась демография! Чтобы девушки не сосали это проклятое пиво!..

Овация. Одобрительные выкрики.

Медведева (Чаплину, сетует): А ведь будущие матери, между прочим.

Чаплин (кивает): Безусловно. Репродуктивная функция – это основа.

Кирилл: (продолжает, перекрывая шум)…Чтобы пресечь на корню весь этот разнузданный гей-парад!!!.. (другим тоном) Вот сейчас многие ругают крепостное право… И правильно, надо сказать, ругают! Что греха таить, бывало помещик-самодур позволял себе лишнее. Троекуров там… (сбивается и быстро подытоживает) Все мы читали русскую классику. Не мне вам рассказывать…

Берл Лазар и азиат, сидящие по краям, недоуменно переглядываются. Равиль Гайнутдин бросает на них быстрый насмешливый взгляд и с важным видом кивает – мол, «не знаю, как другие, а я всю русскую классику читал! от корки до корки!».

…Но о главном почему-то не говорят. А ведь в былые времена от трети до половины (!) крепостных крестьян трудилось на церковных землях! И это были самые современные, самые передовые хозяйства! Святая Русь весь мир кормила своим зерном и продуктами животноводства! А главное: крепостные сельхозпроизводители, под мудрым предводительством преподобных отцов наших (крестится) не пьянствовали, не воровали у свиноматок комбикорм. Жили богобоязненно, степенно. И демография была – дай Бог каждому!

Бурные продолжительные аплодисменты.

Кирилл снова хитро прищуривается и склоняется к микрофону.

Продажные журналисты из жёлтой прессы уже обрадовались. Заголовки сочиняют. «Патриарх призывает вернуть крепостное право»… Переврать, исказить, вырвать из контекста – это они умеют… (игриво) Вынужден вас разочаровать, господа безбожники. (чеканно) Не выйдет!.. Святая Церковь далека от подобных мечтаний. Хотя… почва для размышлений тут, безусловно, есть… (запальчиво) Простите, но воспитательную функцию труда никто не отменял! Есть же специальные учреждения… Ну, я не знаю… Детские дома, в которых содержатся вполне трудоспособные подростки. Колонии, наконец… Если человек оступился, может ему лучше богоугодным сельскохозяйственным трудом искупить свою вину, чем с матерыми преступниками? А?.. С другой стороны, церковь остро нуждается в рабочих руках на многочисленных стройках. До сорока сороков нам, как вы знаете, еще далеко…

Пауза.

(задумчиво) Те же детдомовцы. По достижении совершеннолетия оказываются в тисках криминалитета. Предоставленное государством жильё пропивают… Почему бы не привлечь к воспитательной работе церковь? Ребята будут накормлены, обеспечены койко-местами. Плюс трудотерапия на свежем воздухе… (осторожно) Мне кажется, тут есть над чем подумать.

В зале тишина.

Медведева (Чаплину, тихо): Нас на картошку возили – и ничего. Выросли порядочными людьми.

Чаплин (кивает): Безусловно. Лучше прививать с детства.

Кирилл бросает на них быстрый взгляд и резко меняет тон с задушевного на официальный.

Кирилл (быстро): В самое ближайшее время мы подготовим соответствующие предложения и передадим главе государства. Не понаслышке зная о его постоянной заботе, мы, конечно, рассчитываем быть услышанными…

Аплодисменты.

В заключении хочу пожелать нам долгой плодотворной работы и порадоваться тому диалогу, который многие годы складывается среди традиционных конфесий нашей страны.

Аплодисменты. Берл Лазар, Равиль Гайнутдин и азиат синхронно кивают.

Это впечатляющий пример, который хорошо бы взять на вооружение и в политике, и в бизнесе, и в общественной жизни. Храни вас всех Бог!

Бурные аплодисменты. Кирилл делает благословляющий жест и сходит с трибуны. К нему быстро подходит охранник. Кирилл ему что-то шепчет. Тот кивает. Оба уходят за сцену. Микрофон берет Чаплин.

Чаплин: Предстоятель Русской Православной Церкви в своём выступлении коснулся некоторых аспектов церковно-государственных отношений. Думаю, весьма символично, что после него к участникам конгресса обратится видный общественный деятель, меценат, мать и обаятельная женщина, которую все мы хорошо знаем.

Светлана Медведева, изобразив смущение, встаёт со своего места и под бурные аплодисменты резво бежит к трибуне.

(объявляет) Светлана Медведева!

Супруга президента подстраивает микрофон под свой рост и широко улыбается. Зал затихает. В этот момент из-за сцены выходит патриарх. В гробовой тишине он проходит к своему месту и садится (ножки тяжелого стула при этом издают неприятный скрежет). Чаплин смотрит на него неожиданно строго, без тени подобострастия. Потом спохватывается.

Чаплин (Медведевой): Пожалуйста! (патриарху, шипит) Кивни ей.

Патриарх (вернее, тщательно загримированный Тропарёв) хмуро кивает. 

Медведева (жизнерадостно): Ваше Святейшество! Дорогие друзья!..

Ее неожиданно перебивает чей-то выкрик из зала: «Миссии быть!» Супруга президента застывает с открытым ртом.

Чаплин (сухо): Пожалуйста, встаньте и представьтесь.

Среди публики в партере вырастает плотная фигура, увенчанная востроносой головой с черным крысиным мехом на ланитах.

Активист: Кирилл Фролов. Православный эксперт. Богослов. Автор книг…

Чаплин (морщится): Повторите.

Активист, сжав руку в кулак, делает энергичный жест.

Активист: Миссии быть!

Чаплин поднимает глаза к потолку (типа «ох уж мне этот Кирилл Фролов!») и поворачивается к Светлане Медведевой, чтобы попросить ее продолжить доклад. И в этот момент в гробовой тишине звучит голос патриарха (с лёгкой хрипотцой).

«Кирилл»: В каком смысле?

Чаплин бросает на него недовольный взгляд и нехотя придвигает к себе микрофон.

Чаплин: Фролов, объясните свою позицию.

Кирилл Фролов оживляется.

Активист (выкрикивает): Миссии быть! Рок-концерты! Лужники! Двести пятьдесят тысяч одной только молодёжи! Миллионы!..

Чаплин (перебивает, жестко): Спасибо, ваша позиция понятна. (Медведевой, мягко) Продолжайте.

Светлана Медведева, стоявшая всё это время с открытым ртом, рот закрывает, откашливается и начинает с начала.

Медведева: Ваше Святейшество! Дорогие друзья!..

С этого момента звук пропадает. Светлана Медведева энергично артикулирует, прижимает руки к груди руки, закатывает глаза, крестится и т.д. На фоне этой пантомимы Чаплин и «Кирилл» шепотом обмениваются репликами.

«Кирилл» (извиняющимся шепотом): Вырвалось. Больше не повторится.

Чаплин (строго): Баба сядет – молчи и улыбайся.

«Кирилл»: А если спросит чего?

Чаплин: Да – да, нет – нет…

«Кирилл» (заканчивает): …а что свыше – от лукавого?

Чаплин (усмехается): Начитанный.

Занавес.

+++

(Полностью пьеса «Лыжнег» будет опубликована Владимиром Голышевым в ближайшее время. Мы желаем автору не только опубликовать её, но и поставить на большей сцене)

(Фото взяты с сайта Московской патриархии)

 

Tags: , , , , ,

One Response to Лыжнег

  1. Nordick on 10.10.2011 at 18:16

    Какие отвратительные рожи…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *