«Охота на ведьм» как способ власти обогатиться

20.11.2013

В основе преследования ведьм в позднем Средневековье лежал экономический интерес. Инквизиция возникала в странах, в которых «себестоимость» взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов была запретительно высока.

Марксизм предполагает, что в основе большинства исторических процессов лежит экономика. «Охота на ведьм» один из таких примеров.

Вспыхивание и затухание активности в поисках ведьм в разных странах и в разное время носило не стихийный и не случайный характер. Фактически власть целенаправленно создавала институт «охоты на ведьм» для решения своих задач.

Экономические историки Александр Шмаков, Сергей Дукарт и Сергей Петров в своей работе «Бич и молот: экономика против демонологии» (Журнал институциональных исследований, 2010, №3) пытаются найти чисто экономические факторы и мотивы, стоящие за такими событиями явно неэкономического характера, как судебные процессы средневековой охоты на ведьм.

Можно ставить под сомнение случайный характер возникновения инквизиции, а также то, что основным мотивом борьбы с ведовством является религиозный мотив. Ряд исторических закономерностей позволяет предположить, что в большинстве случаев охота на ведьм — спланированная политическая акция, имеющая целью укрепление центральной власти и получение дополнительных источников доходов. Если попытаться найти у всех монархов одну общую черту, то она такова: всем им, как правило, не хватало денег… Нехватка денег толкала их на самые отчаянные шаги, например, жестокие конфискации собственности евреев и тамплиеров. Преследование еретиков — один из таких шагов, позволяющий создать предпосылки для конфискации богатства в пользу центральной власти.

Налоговая система того времени была недостаточно эффективна, что приводило к постоянному дефициту финансовых ресурсов у центральной власти. Поземельный налог, взимаемый с крестьян (даже в случае его замены подушным налогом, взимаемым со всего населения), имел достаточно узкую налоговую базу и не позволял собрать достаточно средств. Основной возможностью расширения налоговой базы было обложение налогом богатства купцов через использование таможенных пошлин, промысловых налогов и т.п. Однако взимание такого рода налогов проходит успешно, если торговля идет через относительно небольшое число пунктов, в которых осуществляется сбор налогов, следовательно, успех зависит от географических особенностей расположения государства.

Одна из причин, по которой, например, налоговая система средневековой Англии оказалась более эффективной, а стимулы для проведения инквизиции проявились значительно слабее, в том, что основные объемы торговли проходили через небольшое количество портов, что делало систему налогообложения более эффективной. В то время как в государствах континентальной Европы, имеющих обширную территорию с протяженными и нечёткими границами, трудно было уследить за полнотой сбора налогов. В результате стимулы к проведению инквизиции, как средства пополнения казны, оказались существенны.

Основной экономической категорией, позволяющей объяснить процессы борьбы с ведовством, является величина трансакционных издержек взаимодействия центральной власти (король, центральная духовная власть) с группами специальных интересов, обладающими существенным запасом богатства (светская и церковная знать, купцы и т.д.).

Если центральная власть признавала долги, сделанные предшественниками, вероятность возвращения долга несколько возрастала, и трансакционные издержки взаимодействия центральной власти с потенциальными кредиторами существенно уменьшались. Так в Англии Конституция 1689 года придала британской монархии необходимую для получения кредитов преемственность, что решило часть финансовых проблем центральной власти без использования института инквизиции. С другой стороны, например, во Франции проблема пополнения казны была решена своим оригинальным способом: продажей должностей, титулов, званий, а также системой откупов налогов, что с течением времени только усугубило проблему и потребовало серьезных институциональных изменений.

В зависимости от размера трансакционных издержек исследуемые государства можно разделить на две группы:

1)Государства, в которых трансакционные издержки взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов запретительно высоки. В таких государствах, как правило, существует группа специальных интересов, которая по политической, финансовой или военной мощи сравнима с центральной государственной властью. Данная политически сильная группа оказывает существенное воздействие на центральную власть, ограничивая источники получения доходов либо посягая на монопольное право центральной власти осуществлять легитимное принуждение. Альтернативные издержки мирного сосуществования с данной группой становятся для центральной власти излишне высокими по сравнению с издержками, связанными с организацией института «охоты на ведьм».

2)Государства, в которых трансакционные издержки взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов менее значительны. Данная ситуация может возникнуть в двух случаях. В государстве либо не существует значимых политически сильных групп, а если и существует несколько относительно слабых групп специальных интересов, то они не могут оказывать существенного влияния на государственную власть. Данные группы вынуждены идти на любые уступки центральной власти, поэтому трансакционные издержки взаимодействия с ними малы.

Либо же в государстве существует несколько политически сильных групп специальных интересов, противоборство которых не дает им объединиться в значимую политическую силу. Создавая конкуренцию между данными группами и выдерживая баланс сил, центральная власть несёт хоть и более значительные, чем в предыдущем случае, но все же приемлемые трансакционные издержки.

При выборе формы организации государственного управления действуют стимулы, близкие по характеру к тем, что описаны Рональдом Коузом для процессов вертикальной интеграции. Существует две альтернативы организации трансакций между центральной властью и группами специальных интересов: 1) относительная самостоятельность групп специальных интересов, преобладание договорных отношений, которые не являются в чистом виде рыночными в условиях монархии, но являются некоторым их аналогом.

2)Жёсткая иерархия и централизованное управление. Выбор между данными формами организации государственного управления осуществляется исходя из размера трансакционных издержек взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов. Если трансакционные издержки ниже при первой форме, центральная власть допускает относительную самостоятельность групп специальных интересов. Если же трансакционные издержки при первой форме существенно возрастают, центральная власть ощущает угрозу либо дефицит средств, и появляется необходимость перехода к жесткому централизованному управлению. В этом случае «охота на ведьм» исторически является одним из механизмов такого перехода, направленным на ослабление (вплоть до прямого уничтожения) политически сильных групп, а также на создание посредством страха и экономической заинтересованности подходящей почвы для соответствующих институциональных преобразований.

Рассмотрим выборочное историческое подтверждение наших теоретических доводов, сгруппировав в соответствии с предложенной классификацией ряд государств по величине трансакционных издержек взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов, зависящих от характера расстановки политических сил. Наиболее подходящим примером для иллюстрации первого типа стран является Испания (ХI-ХV вв.), где в этот период как раз можно обнаружить присутствие групп специальных интересов, по силе не уступающих центральной власти.

С начала XI века и вплоть до 1479 века, когда произошло окончательное политическое объединение страны, на территории Испании существовали несколько независимых государств, которые тем не менее обладали общностью культуры и практически одинаковым политическим устройством. Несмотря на формальную принадлежность власти королю, фактически ею в полном объеме владели сословно-представительные учреждения — кортесы. Представители высшей знати обладали самовольным правом менять подданство, были освобождены от каких-либо государственных податей, в пределах своих владений имели полный иммунитет, могли объявлять войну королю и даже свергать его. В Арагоне существовала должность верховного судьи Арагона, который хотя и формально назначался королем, но фактически осуществлял контроль высшей знати над королевской властью. Король был обязан в присутствии верховного судьи присягать кортесам в соблюдении всех вольностей арагонской знати.

В итоге к концу XV века, после объединения Испании в результате династического брака Изабеллы I Кастильской и Фердинанда, в борьбе за укрепление своей власти испанские короли вынуждены были пойти на союз с католической церковью, выступив с инициативой учреждения в Испании инквизиции.

Очень скоро инквизиция, формально создаваемая для борьбы с неверными иудеями и мусульманами, стала расправляться под благовидным предлогом и с инспанцами-христианами, поскольку политическая оппозиция королю стала приравниваться к церковной ереси. При этом усердие инквизиции в преследовании еретиков подогревалось тем, что в пользу инквизиторов и доносчиков шла треть имущества осужденных. Остальное получал король. Тем самым достигались сразу две цели: устранение неугодных королю лиц и пополнение казны. Таким образом, налицо ситуация, когда из-за высоких издержек взаимодействия с феодальной знатью власть избирает путь внедрения института «охоты на ведьм», используя стереотипы массового сознания и поощряя определенное поведение при помощи экономических стимулов в своих корыстных целях.

Следующую форму расстановки политических сил, при которой в государстве существует несколько относительно слабых групп специальных интересов или же данные группы достаточно сильны, но разобщены и не могут оказывать существенного влияния на центральную государственную власть, рассмотрим на примере Англии XVI-XVII веков и России XV-XVI веков.

В Англии XVI-XVII веков сильная центральная власть, не оспариваемая ни церковной, ни светской знатью, надёжно контролировала политическую ситуацию. Несмотря на то, что с XVI века здесь существовало множество направлений христианства — англиканская, католицизм, несколько разновидностей последователей протестантизма (лютеране, кальвинисты, методисты, пиетисты и т.д.) — охота на ведьм не получила массового распространения, поскольку трансакционные издержки взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов были относительно низкие и королевская власть легко справлялась с конкурентами самостоятельно, не организуя преследования еретиков через внедрение института «охоты на ведьм». Наказание за отступничество от веры хотя и имело место, но оставалось исключительной привилегией верховной власти.

В России XV-XVI веков — период активной централизации государственной власти. В стране существовало нескольких конкурирующих между собой политически сильных групп специальных интересов. Однако для получения одобрения монарха данные группы готовы были выполнять его волю, и трансакционные издержки переговоров с ними при соблюдении баланса сил были незначительны. В результате ведовские процессы не получили широкого распространения, поскольку отсутствовала необходимость осуществления излишне кардинальных мер, направленных на концентрацию власти. Характерно, что для соблюдения баланса сил еретические движения часто поддерживались царем наравне с официальной церковью.

Наиболее ярким примером, демонстрирующим отношение центральной власти к еретикам, является борьба с ересью «жидовствующих» конца XV — начала XVI веков. Важной чертой политики «жидовствующих» было требование к церкви отказаться от владения имуществом и запретить взимание платы за совершение обрядов. Подобные требования отвечали интересам царской власти, остро нуждавшейся в средствах и землях для раздачи их «служилым людям». Вследствие этого «жидовствующие» долгое время имели правительственную поддержку и были практически недосягаемы для ортодоксальной церкви.

Однако в результате борьбы за престол второго сына Ивана III — Василия, и внука Ивана III — Дмитрия, в 1502 году «жидовствующие» лишились защиты, т. к. поддержали проигравшую сторону — Дмитрия и его мать Елену Волошанку. Последняя также была объявлена ведьмой. В результате данного процесса были казнены только лидеры еретического движения.

В дальнейшем ситуация с поддержанием государством неортодоксальных направлений неоднократно повторялась, например, в случае борьбы внутри церкви между иосифлянами и нестяжателями. Последние, как и «жидоствующие», выступали против церковной собственности, и изначально получали поддержку центральной власти. Однако не-стяжатели дважды не поддержали князя Василия III (при аресте князей Шемячичей в 1523 году и при его разводе с Соломонией Сабуровой в 1526 году), и в результате лишились поддержки, а лидер нестяжателей, Вассиан Патрикеев, был сослан в иосифлянский монастырь, где вскоре скончался.

Таким образом, отсутствие политически сильных групп специальных интересов, способных оказывать влияние на государственную власть (например, в Англии), способствовало снижению трансакционных издержек ведения переговоров. Существующие группы подчинялись прямым директивам, и затрачивать средства на централизацию власти было бессмысленно. В случае же наличия нескольких политически сильных групп, конкурирующих за поддержку центральной власти (как, например, в России), трансакционные издержки переговоров с ними были также относительно малы, и потому значительно эффективнее оказалась политика манипулирования политическими группами с целью поддержания баланса сил, нежели организация массовой «охоты на ведьм».

В условиях дефицита средств государство испытывает, в том числе, серьёзные проблемы в использовании своего главного ресурса — аппарата принуждения. Даже признание традиционных прав государя не гарантирует отсутствия активного сопротивления со стороны сильных противников в случае превышения, по их мнению, полномочий государственной власти. А это создает угрозы, вплоть до военного восстания и свержения. В такой ситуации необходимость поиска денежных средств и укрепления центральной власти становятся взаимоувязанными задачами. Для проведения институциональных преобразований, направленных на укрепление политической силы или изъятие богатства, центральная власть должна создать определенные предпосылки, оправдывающие её действия, придающие им легитимный характер и позволяющие получить поддержку широких масс. Одним из способов создания таких предпосылок является использование института «охоты на ведьм».

Решающим фактором в обеспечении устойчивости нового института в этих условиях оказывается соотношение для него выгод и издержек в сравнении с другими институциональными альтернативами. При внедрении института охоты на ведьм центральная власть опирается на две группы лиц: тех, для кого институт выгоден, и тех, кто будет соблюдать правила, минимизируя ущерб от санкций. При этом центральная власть, воздействуя на население, использует всё те же два стимула:

— страх — паника по поводу ведовства, подкрепляемая голодом и другими бедствиями, создавала благоприятную почву для институциональных преобразований, направленных на преследование политически сильных групп и изъятие богатства. Здесь же необходимо учесть страх оказаться обвиненным в ведовстве по причине пассивной позиции в преследовании еретиков.

— «богатство — власть» — центральная власть создавала для подданных материальные стимулы к преследованию подозреваемых в ведовстве через узаконивание конфискации имущества еретиков, предоставляя вознаграждение преследователям еретиков и закрывая глаза на очевидное насилие в отношении друг друга со стороны подданных.

Центральная власть для стимулирования активности подданных в «охоте на ведьм» и придания конфискациям легитимности принимает нормативно-правовые акты, разрешающие конфискацию имущества еретиков и регулирующие правила раздела имущества между участвующими в преследовании сторонами. Правовые нормы, регламентирующие преследование ведовства, существуют почти во всех средневековых государствах. Однако, если широкомасштабная акция не планируется центральной властью, данные нормы не предусматривают конфискации имущества и масштабы инквизиции существенно меньше.

Для доказательства экономической мотивации борьбы с ведовством в первой группе стран (в которых трансакционные издержки взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов запретительно высоки) воспользуемся историей создания и применения антиведовского законодательства Германии и Франции.

Во Франции распространение ведовских процессов начинается с принятия Карлом VIII в 1490 году эдикта, предусматривающего конфискацию имущества еретиков. Период 1497-1625 годов характеризуется как пик «охоты на ведьм». В период 1625-1682 годы общественное волнение и обнищание привели к закату борьбы с ведовством. А принятие эдикта от июля 1682 года, предусматривающего наказание за ведовство, но не предусматривающего конфискацию имущества, привело к прекращению «охоты на ведьм». Очевидно, что значимым стимулом к преследованию для подданных, так же как и для центральной власти, стало присвоение конфискованного имущества, а демонология является лишь инструментом, обеспечивающим устойчивость и легитимность перераспределения доходов.

В Германии распространение охоты на ведьм проистекало в соответствии с теми же закономерностями. Например, когда в Оффенбурге 27 июня 1628 года было введено вознаграждение в 2 шиллинга за каждую разоблаченную ведьму, тут же началась истерическая антиведовская компания. В сентябре 1630 года иезуит — исповедник Фердинанда II, отец Ламормайни, довёл до его сведения, что всеобщая враждебность, вызванная его пассивностью в беззаконных делах по ведовству, препятствует избранию его сына на императорский престол. Фердинанд II запретил конфискацию имущества, и к лету 1631 года террор прекратился.

В Баварии «охота на ведьм» также началась с принятия герцогом Максимилианом в 1611 году эдикта, содержащего строки: «Все, кто вступает в союз с дьяволом, подлежат пытке, казни огнём и конфискации имущества». Подтверждают гипотезу о меркантильных целях преследователей и специфические перерывы в «охоте на ведьм». Например, 7 июля 1629 году австрийские власти, которым принадлежала значительная часть собственности Оффенбурга, заявили свои права на собственность казнённых ведьм. Городской совет прекратил преследование ведьм до тех пор, пока не решился вопрос с конфискацией, и Австрия не отказалась от своих притязаний на конфискованное имущество. В сентябре того же года возникло разногласие в вопросе раздела конфискованного имущества между церковной и светской властями. Судебные процессы вновь были приостановлены до тех пор, пока власти не пришли к новому соглашению о разделе имущества еретиков.

«Охота на ведьм» продолжалась до тех пор, пока это было выгодно преследователям. И чем более выгодно, тем более жестокими и беззаконными становились процессы. В тех местах, где конфискация собственности была запрещена (семьи осуждённых здесь оплачивали только расходы по ведению процесса и казни), процессы оставались относительно гуманными и немногочисленными. Там же, где конфискация разрешалась, количество процессов существенно возрастало, на одного охотника нередко приходилось свыше 1 тысячи жертв.

Рост количества процессов, их ускорение приводят к повышению дохода преследователей и созданию дополнительных стимулов к «охоте на ведьм». Иоган Линден в «Истории Трира» так описывал разгар ведовских процессов: «Настолько далеко зашло безумие разъярённой толпы и жажда судей до крови и поживы, что не осталось ни одного человека, кто не был бы запятнан подозрением в этом преступлении. Детей осуждённых отправляли в изгнание, их имущество конфисковывали, пахарей и виноградарей почти совсем не осталось — отсюда и неурожай. Наконец, хотя пламя ещё не насытилось, но люди обнищали, и были приняты законы, которые ограничили стоимость судебного разбирательства и прибыли инквизиторов, и тут же пыл преследователей угас».

Для анализа ведовства во второй группе стран (в которых трансакционные издержки взаимодействия центральной власти с группами специальных интересов незначительны) воспользуемся опытом Англии и Северной Америки.

В Англии начало борьбы с ведовством совпало с принятием в 1563 году статута королевы Елизаветы, предусматривавшего смертную казнь за ведовство, но без конфискации имущества: «За женой такого человека сохраняется вдовья часть наследства, а за наследниками и приемниками такого человека сохраняется его или их право наследования имущества». Более поздний статут Якова I, от 1604 года, также предусматривал сохранение прав собственности за женой и наследниками обвиненного в ведовстве. Даже в случае конфискации по причине отсутствия наследников процесс Уорбойсских ведьм (последнее десятилетие XVI века) положил традицию тратить имущество осужденных на чтение проповедей против ведовства, греховности и преступности, сохранившуюся вплоть до 1812 года.

И, как следствие, среди подданных не сформирован экономический интерес в преследовании еретиков, а масштабы ведовских процессов в Англии значительно меньше, чем в континентальной Европе: за 119 лет, с 1566 по 1685 годы, число казнённых оценивается менее чем в 1000 человек. Не применялись наиболее варварские пытки континентальной Европы, а пределом жестокости стали пытки бессонницей, связывание конечностей и диета из воды и хлеба (против европейских дыбы, тисков и подогреваемого на огне железного стула).

Самое массовое в истории Англии истребление ведьм началось летом 1645 года, когда конфликт между королем и парламентом, перешедший в гражданскую войну, привёл к ослаблению центральной власти и сделал возможным ряд ведовских процессов, самым известным из которых стал процесс «Фавершемских ведьм». Появилась возможность аморального обогащения. Для примера, известный охотник на ведьм Мэтью Хопкинс за год своей деятельности заработал около 1000 фунтов стерлингов только в качестве гонораров за разоблачение.

На исходе гражданской войны под властью Кромвеля восстановилась политическая стабильность, и массовая «охота на ведьм» стихла. После 1667 года смертных казней не было, а после 1700 года любой, рискнувший обвинить кого-либо в ведовстве, сам подвергался опасности наказания. Позже статутом Георга II от 1736 года ведовство в Англии перестало быть уголовным преступлением.

В Северной Америке процессы против ведьм проводились редко и в ещё менее жестоких формах. В общей сложности в Америке за ведовство казнили 36 человек. Речь в данном случае идёт о фермерских семьях, имеющих незначительное количество наличных денег, а следовательно, даже издержки на тюремное заключение (оплачивающиеся за счет обвиняемых) для них были велики. А стоимость пыток, необходимых для получения признания, оказывалась запредельно высокой. И это одна из причин малого количества судебных процессов. Кроме того, параграф 47 Корпуса свобод 1641 года запрещал использовать из телесных наказаний бесчеловечные, варварские и жестокие.

Одним из процессов, выходящих за пределы подобной практики, стало дело Салемских ведьм 1692 года. В этом процессе имела место противозаконная конфискация собственности. Появление экономических стимулов в результате использования конфискации привело к другим злоупотреблениям: в этом процессе использовались пытки, давление на обвиняемых и судей. Резонанс в обществе, вызванный данным процессом, и подрыв доверия к спектральному доказательству привели к невозможности осуждения за ведовство, и, начиная с 1693 года, ведовские процессы в Америке прекратились.

+++

Ещё в Блоге Толкователя об экономике Средневековья:

Маттеус Шварц: основатель европейской моды из XVI века

Немецкий бухгалтер Маттеус Шварц всю жизнь не только вёл дневник моды – сотни акварельных рисунков, на которых он запечатлён в той или иной одежде, но и составил первый свод «правил одежды» – по сочетанию цветов, функциональности, соответствию тому или иному событию. Уже в XVI веке он заложил основы того, что мы сегодня называем «модой».

***

Уровень жизни в европейском Средневековье был сравним с российским начала ХХ века

В 1913 году в России подушевой уровень ВВП составлял 1605 долларов «образца» 1993 года. Это меньше, чем в Италии в 1300 году. Работа команды английских экономистов и историков по структуре экономики Англии и Европы с 1270-го по 1870 год вообще показывает, что темпы роста подушевого ВВП в Средневековье и на заре капитализма были очень неоднородными.

+++

Если вам понравилась эта и другие статьи в Блоге Толкователя, то вы можете помочь нашему проекту, перечислив небольшой благодарственный платёж на:

Яндекс-кошелёк — 410011161317866

Киви – 9166313201

Skrill – ppryanikov@yandex.ru

PayPal — pretiosa@mail.ru

Впредь редакция Блога Толкователя обязуется перечислять 10% благодарственных платежей от своих читателей на помощь политзаключённым. Отчёт об этих средствах мы будем публиковать.

 

Tags: , , , , , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *