Дети мигрантов учатся в российских школах не хуже «коренных»

26.03.2014

Вопреки стереотипу о «неполноценности» мигрантов, их дети, обучающиеся в российских школах, сильно нацелены на учебу. Среди них гораздо больше успевающих на «хорошо» и «отлично», чем среди местных школьников – 22% против 14%. Успеваемость учащихся из кавказских и среднеазиатских стран ничуть не ниже, чем у «коренных» учащихся. Наивысшие же оценки – у приехавших из Казахстана.

Выяснению отличий учебной адаптации среди разных групп мигрантов было посвящено исследование НИЦ «Регион» «Учебная и социально-психологическая адаптация детей мигрантов в общеобразовательных учреждениях РФ». Это исследование прошло в 2009 году в трёх городах: Краснодаре, Санкт-Петербурге и Ульяновске, – в каждом из которых проводилось анкетирование школьников 7-х и 10-х классов.

В «Журнале исследований социальной политики», 2011, №3, стр. 319-338 (Елена Лукьянова, «Образовательные достижения детей мигрантов (по материалам опроса в Санкт-Петербурге)) социологами приведены данные только по Санкт-Петербургу, но это была самая крупная выборка в исследовании — 1200 учащихся из 23 различных школ города. Это позволило, как пишет автор, полно представить в выборке как внешних, так и внутренних мигрантов, а также мигрантов разных поколений с тем, что проверить гипотезы о влиянии длительности проживания семьи на образовательное поведение детей.

Несмотря на распространенное мнение о том, что дети мигрантов, обучающиеся в российских школах, не похожи на тех, что живут за рубежом, большинство из сделанных западными учёными выводов подтверждаются и для них. Они также сильно нацелены на учебу и добиваются лучших результатов не только в целом, но и по отдельным предметам.

Среди них гораздо больше успевающих на «хорошо» и «отлично», чем среди местных школьников – 22% против 14%. Мальчики и девочки, переехавших в Санкт-Петербург из других областей России, в учёбе опережают всех остальных: из них около 25% числится в хорошистах и отличниках. Но дети из семей внешних мигрантов тоже мало отстают от них, 20% имеют высокие четвертные оценки. Более того, сравнение средних оценок успеваемости не показывает значимых различий от того, откуда приехали ребята.

Успеваемость учащихся из кавказских и среднеазиатских стран ничуть не ниже, чем у коренных петербуржцев.

А самые высокие оценки (а они во время опроса фиксировались по дневнику) оказались у выходцев из Казахстана, их средний балл приближается к 4,2, что выше, чем, например, у приезжих с Украины и Белоруссии.

Точно также нельзя назвать аутсайдерами и тех, кто раньше жил в Северо-Кавказском федеральном округе, учителя оценивают их успехи не только лучше, чем у местных школьников, но и чем у тех, кто приехал из Центрального федерального округа.

В немалой степени этому способствует хорошее знание русского языка как самими школьниками, так и их родителями. Даже среди внешних мигрантов только у 6% принято разговаривать дома исключительно на родном языке. Конечно, относительная доля семей, в которых не используется русский язык, выше среди приехавших из Закавказья и Средней Азии, но и там она доходит всего до 13–14%.

Большинство опрошенных находило, что их мамы и папы знают русский язык как родной. Лишь у единиц – не более 1% от всех попавших в выборку мигрантов – сами родители настолько плохо понимали русский язык, что не могли обходиться без помощи переводчика.

При совпадении общих тенденций с западными исследованиями, следует отметить и одно существенное отличие. Там в анализе, как правило, принимаются в расчет только те дети мигрантов, которые начали сравнительно недавно учиться на новом месте. Те же, кто приехал ещё в дошкольном возрасте (их иначе называют «полуторным» поколением), нередко исключаются из выборки, поскольку считается, что они мало чем выделяются из основного населения. Но получившиеся данные по Санкт-Петербургу показывают обратную зависимость. Это «полуторное» поколение по своей успеваемости ближе к мигрантам, чем к своим местным сверстникам. И более длительное проживание семьи не сказывается на повышении их мотивации к учебе. Правда, они не так усердно занимаются русским языком и получают более низкие оценки по этому предмету, чем те, кто приехал позже.

Эта закономерность между результатами по русскому языку и длительностью пребывания в Санкт-Петербурге верна для всех групп мигрантов, кроме выходцев из Закавказья. Среди них успехи «полуторного» поколения по русскому языку несколько лучше, чем у тех, кто попал в Питер уже в школьном возрасте. Так, для армян это соотношение составляет 3,3 к 3,1 балла, для азербайджанцев – 3,5 и 3,25 балла, а для грузин – 3,3 и 3,2 балла. Мальчики и девочки, прибывшие из российской части Кавказа, в этом плане никак не выделяются. Более высокие оценки по русскому языку получают те, кто ещё только осваивается в петербургских школах.

Однако самых лучших успехов добивается всё-таки второе поколение. При этом различия между внешними и внутренними мигрантами стираются совсем: средние оценки за четверть у них выходят практическими одинаковыми – 3,98 и 3,97 балла соответственно.

Самое глубокое влияние на успеваемость оказывает миграционная история ребенка. Чем чаще ему приходилось переезжать, тем хуже оказываются его результаты в учёбе. Средний балл у таких учащихся со сложной миграционной траекторией получился меньше, чем 3,6. У них страдает успешность освоения не только русского языка и литературы, но и иностранного языка.

В тех семьях, которым пришлось много переезжать, ревностнее относятся к родному языку. В 16% из них (самая большая доля по выборке) дома совсем не разговаривают на русском языке, хотя, по мнению около 85% детей из этих семей, родители им свободно владеют. Напротив, в семьях, сразу переехавших в Санкт-Петербург, стараются говорить преимущественно на русском языке, лишь у 7% дома обходятся совсем без него, несмотря на то, что уровень языковой подготовленности родителей самими детьми оценивается ниже. В совершенстве его знает в семьях у 75% школьников, у остальных мамы и папы русский язык понимают, но плохо на нем пишут и читают.

Если проанализировать межшкольную мобильность в самом Санкт-Петербурге, то у мигрантов она слабо коррелирует с реальными успехами.

В своём большинстве все переехавшие склонны переходить из одной школы в другую. И таких «путешественников» можно встретить не только среди тех, кто отстаёт, но и тех, кто учится на «четвёрки» и «пятерки». Из первых хотя бы раз школу меняли 61%, а из вторых – 55%, причем половина как среди тех, так и других успело отучиться в двух и более школах.

Тот факт, что хорошисты и отличники вынуждены прибегать к подобным занятиям чаще остальных, обязывает не только самих детей, но их родителей тратить больше усилий не на какие-либо особые достижения, а на поддержание просто хорошего уровня успеваемости.

Особенно заметно это на примере первого поколения. Мальчики и девочки, переехавшие из постсоветских стран, очень привязываются к своему месту учебы, 72% из них полагает, что лучше остаться с теми оценками, которые есть, но не менять школу. Ещё больше – до 76% – увеличивается число сторонников этого мнения среди внешних мигрантов из иноэтничных семей.

Их одноклассники, попавшие в Санкт-Петербург из других российских регионов, наоборот, меньше всех разделяют такую позицию. Не прочь перейти в другое учебное заведение ради хороших оценок 35% из них.

Среди первого поколения детей мигрантов только 34% повезло закрепиться в той школе, в которую они попали после переезда. 32% поменяли более двух школ.

В школьном коллективе новички выделяются не только благодаря каким-либо внешним признакам (этническим типом лица, манерой говорить, одеваться), но и своим настроем на учебу. Подавляющее большинство из них (84%) не сомневается в том, что хорошие оценки можно получать только, если все работы – классные, домашние и контрольные – делаешь самостоятельно. А 64% выступают за дополнительную подготовку как обязательное условие того, чтобы иметь настоящие знания.

На этом фоне установки коренных петербуржцев явно заслуживают критики. Для почти половины из них достаточно школьных занятий и домашних заданий, на пути к знаниям они, по их мнению, могут обойтись и без дополнительной подготовки. А на взгляд трети из них, хороших оценок можно добиваться и все время списывая у одноклассников.

Примечательно то, что такое отношение к учёбе у детей мигрантов не зависит от того, откуда – из России или страны СНГ – приехали ребята, а также не связано с уровнем их успеваемости. Даже те из них, кто учится посредственно, ведут себя более дисциплинированно, чем их местные сверстники, и в этом смысле заметно отличаются от привычного для нас образа двоечника, как прогульщика и хулигана.

(Иллюстрации – Дети Петербурга)

+++

Ещё в Блоге Толкователя о мигрантах в России:

Мигранты — двигатель экономики США. И тормоз — для России

30% хайтек-компаний в США основаны мигрантами, 100 мигрантов в этой индустрии создают 262 рабочих места для американцев. В России же 63% гастарбайтеров трудятся «вчёрную», а бизнесмены признают, что лишь на 23% рабочих мест оправдано появление мигрантов.

***

Китайские мигранты не собираются связывать свою жизнь с Россией

Исследование профессора Гельбраса показало, что Россия представляется китайским мигрантам как место приличного заработка и относительно свободной жизни. В 2002 году только 16,2% респондентов ответили, что собираются получить гражданство РФ и жить в стране постоянно. В 2007 году таковых стало и вовсе 7,4%.

+++

Если вам понравилась эта и другие статьи в Блоге Толкователя, то вы можете помочь нашему проекту, перечислив небольшой благодарственный платёж на:

Яндекс-кошелёк — 410011161317866

Киви – 9166313201

Skrill – ppryanikov@yandex.ru

PayPal — pretiosa@mail.ru

Впредь редакция Блога Толкователя обязуется перечислять 10% благодарственных платежей от своих читателей на помощь политзаключённым. Отчёт об этих средствах мы будем публиковать.

 

Tags: , , , , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *