Первый массовый несанкционированный митинг 19 марта 1989 года

04.08.2016

ельцын-7

Социолог ЗИЛа Эдуард Альфонсович Зенкевич побывал на всех на политических митингах Москвы 1989-1993 годов — как «демократических», так и «коммунопатриотических». Он просто фиксировал погоду, численность, переписывал лозунги, записывал реакцию массы на слова и призывы ораторов, с чего началось и чем кончилось. Записи нейтральны, очень подробны и тщательны, до занудливости, это точный слепок эпохи.

Журнал «Социальный комплекс» приводит дневник Зинкевича, мы публикуем его записи о самом начале митинговой активности в советской Москве — первом массовом несанкционированном митинге 19 марта 1989 года.

«В воскресенье 19 марта (пасмурно, ветрено, минус 3 градуса) в центре Москвы состоялась первая крупная несанкционированная властями демонстрация. На этот день в Парке Горького на 12-00 был намечен общегородской митинг сторонников Ельцина. Слухи о предстоящем митинге начали циркулировать накануне, в субботу, после предвыборного митинга (с участием Ельцина) в Братеево с числом собравшихся примерно 10 тыс. человек.

К 12-00 у входа в Парк собралось 300-400 человек, но внутрь они не заходили, поскольку совершенно неожиданно вход в Парк сделали платным (50 копеек) в связи с предстоящим проведением в нём Дня чая. На одном из фонарных столбов висело написанное от руки объявление, в котором Российский Народный фронт (РНФ) извещал о том, что Исполком Моссовета не разрешил проведение митинга в Парке, и что прибывающим следует перейти на противоположную сторону Садового кольца, на лужайку перед Домом художника, где и состоится митинг.

ITAR-TASS: USSR, MOSCOW. People holding banners "Yeltsin  - the horror of mafia", "Yeltsin to beelected people's deputy" at the rally ahead of people's deputies of USSR pre-election meeting. (Photo ITAR-TASS/ Anatoly Morkovkin and Andrei Solovyev) Ìîñêâà.  1989 ãîäó íà îêðóæíîì ïðåäâûáîðíîì ñîáðàíèè ïî âûäâèæåíèþ êàíäèäàòîâ â íàðîäíûå äåïóòàòû ÑÑÑÐ ïî òåððèòîðèàëüíîìó èçáèðàòåëüíîìó îêðóãó ¹13 Êóíöåâñêîãî ðàéîíà ãîðîäà Ìîñêâû áûëè èçáðàíû êàíäèäàòàìè â íàðîäíûå äåïóòàòû Á. Áîíäàðåâ - ïåðâûé çàìåñòèòåëü ãåíåðàëüíîãî äèðåêòîðà íàó÷íî-ïðîèçâîäñòâåííîãî îáúåäèíåíèÿ "Âèëñ", Áîðèñ Åëüöèí - ïåðâûé çàìåñòèòåëü ïðåäñåäàòåëÿ Ãîññòðîÿ ÑÑÑÐ è Â. Ðîìàøêèí - ãàçîýëåêòðîñâàðùèê çàâîäà "Ýëåêòðîùèò". Íà ñíèìêå: ìèòèíã ïåðåä íà÷àëîì ñîáðàíèÿ. Ôîòî Àíàòîëèÿ Ìîðêîâêèíà è Àíäðåÿ Ñîëîâüåâà /Ôîòîõðîíèêà ÒÀÑÑ/.

В это время на лужайке находилось 4-4,5 тыс. человек. Трибуной служили две поливальные машины. Не было ни радиоустановки, ни мегафонов. Речи выступавших могли слышать лишь те, кто стоял в первых рядах. Основное содержание выступлений: наконец-то мы проснулись; Ельцин — это человек и борец, так как он против аппарата; не дадим себя в обиду бюрократам; социализм — это тоталитаризм, сталинизм, репрессии; даёшь демократию.

В толпе говорили о несправедливости нового закона о выборах; о том, что те, кто служит за границей будто бы внесены в списки в тот округ, где баллотируется Ельцин и им приказано голосовать против него; что надо быть бдительными и исключить возможные фальсификации при подсчете голосов и т.п. Милиция никого не беспокоила, хотя людей в милицейской форме было много и перед входом в Парк и на противоположной стороне улицы (5 милицейских автобусов ПАЗ и КуАЗ). Здесь же находились высокие милицейские чины, полковники и подполковники, а также один из заместителей начальника ГУВД Москвы – генерал Мыриков (в штатском).

Возле одного из фонарных столбов перед Парком человек 100 слушали бородатого мужчину средних лет, представившегося поэтом Топтыгиным. Он долго читал свои стихи, в которых рифмовалось: «Горбачёв — трепачёв». Примерно в 13-00 с интервалом в 2-3 минуты из Парка вышли две группы людей по 35-40 человек в каждой, преимущественно молодых, и скандируя: «Ельцин! Ельцин!», перешли к Дому художника. Впереди одной из групп несли красный флаг. Вышедшие из Парка принялись агитировать собравшихся на лужайке идти в центр Москвы, чтобы выразить протест против запрета митинга в Парке Горького. Большинство митинговавших вокруг поливалок поддержало эту идею, а затем последовало по тротуару Крымского моста за агитаторами.

Возле Парка и на противоположной стороне осталось не более одной тысячи человек. Милиция вела себя спокойно. На расстоянии было слышно, как офицеры передавали кому-то по рации, что толпа снялась от Парка и направилась к Центру. Через некоторое время по рации послышалось указание, чтобы от Парка культуры отправили на Советскую площадь один автобус с милицией и не применяли силу к демонстрантам. В начале третьего к Советской площади со стороны Маяковки подъехали 10 автобусов (ПАЗ и КуАЗ) с милиционерами. В 14-35 милиционеры с дубинками в руках вышли из автобусов и выстроились в одну шеренгу поперек улицы Горького (от улицы Станкевича), а милицейские автобусы перекрыли улицу от дома, где находится ресторан «Арагви».

ельцын-3

Через десять минут, т.е. в 14-45, со стороны Пушкинской площади показалась большая толпа, занимавшая всю левую сторону проезжей части (если смотреть от Моссовета). На своем пути по Садовому кольцу, Калининскому проспекту и Бульварному кольцу толпа «обросла» примкнувшими по дороге людьми и её общая численность к этому времени составляла примерно 6 тыс. человек (без учета 2 тысяч человек, дожидавшихся прихода демонстрации на Советской площади и ул.Горького). Толпа была сбита в довольно плотную «коробочку» и энергичным маршем двигалась к Моссовету. Судя по выражениям лиц участников демонстрации и репликам, доносившимся из их среды, они ожидали противодействия со стороны милиции. Над передними рядами развевался красный флаг (других флагов не было). Демонстранты периодически скандировали: «Ельцин! Ельцин!» Дружный и громкий скандеж, усиленный эффектом уличного эха, впечатлял.

Остановившись перед милиционерами, толпа продолжала скандировать: «Ельцин! Ельцин!», а спустя некоторое время: «Позор! Позор!» (это в адрес властей, не разрешивших проведение митинга в Парке Горького). Вслед за этим закричали вразнобой: «Долой комиссию!» (была создана на Пленуме ЦК, за несколько дней до демонстрации, для рассмотрения «дела Ельцина»). Толпа проскандировала про комиссию. Завершили скандирование лозунгом: «Долой Лигачева!» Милиция не реагировала.

Вскоре на крышу автобуса КуАЗ, стоявшего у здания Моссовета, взобрался секретарь Исполкома Моссовета Виноградов (до осени 1988-го — заведующий отделом пропаганды МГК КПСС). Он обратился к демонстрантам через мегафон, однако его появление толпа встретила дружным свистом. Виноградов принялся объяснять, что отмена митинга в парке Горького вызвана тем, что ещё раньше, 14 марта, там было запланировано проведение Дня чая. Свист усилился и Виноградова почти не было слышно. Удалось разобрать, что демократия — это хорошо, но не надо доводить дело до анархии. После этих слов толпа заревела и засвистела ещё громче, а Виноградов слез с крыши автобуса.

ельцын-4

Спустя минут пять милицейскую цепь перед толпой сняли и отвели к автобусам, которые всё также перегораживали улицу. Толпа продвинулась вперёд и принялась митинговать непосредственно перед Моссоветом. Трибуной служила невысокая ступенька у вечно закрытого парадного подъезда. Слышно было плохо. Поэтому толпа периодически скандировала: «Микрофон! Микрофон!» А затем: «Ельцину — да, бюрократии — нет!», и — «Долой Зайкова!» Набежало много иностранных корреспондентов (Би-Би-Си, Эн-Би-СИ, японцы и кто-то ещё), которые с упоением стали делать репортажи о происходящих в центре Москвы событиях.

Скандирование и митинг у крыльца продолжались 35-40 минут. Потом из здания Моссовета со стороны улицы Станкевича вышла дама и сказала, что митингующим дают мегафон, но при условии, что они освободят проезжую часть и будут проводить митинг возле памятника. Перешли митинговать к тыльной части памятника Долгорукому (в толпе послышалось: «К коню под хвост»). К этому времени на площади осталось не более 4 тыс. человек. Продолжили выступать с помощью мегафона. Основное содержание выступлений можно свести к следующим основным тезисам: демократия — против аппарата; бюрократический социализм не оправдал себя, необходима многопартийность; аппарат накануне выборов заставляет членов партии голосовать против Ельцина; аппарат хочет сфальсифицировать итоги будущего голосования, поэтому надо проявлять бдительность; аппарат и партия довели страну «до ручки»; надо доделать то, что начали в 60-е годы, т.е. во времена «оттепели», и идти до конца; необходимо вводить в стране рынок; демократия — против Сталина и сталинизма; народ почувствовал свой голос и не сдастся.

Толпа, как и положено толпе, слышала только то, что хотела услышать. Успехом пользовались ораторы, изъяснявшиеся на языке лозунгов или дававшие какую-нибудь «чернуху» на власти. Ораторы мямли и те, кто начинал вести что-то вроде интеллектуальной беседы, вызывали у толпы раздражение. Если выступавшие уклонялись от вышеуказанных тем, из толпы раздавались гневные выкрики: «Долой!» или «Не по теме!» Кроме Бориса Кагарлицкого (одного из лидеров Московского народного фронта), из известных деятелей тогдашней «демократической оппозиции» никто не выступал.

ельцын-5

После первых четырёх выступлений решили принять резолюцию со следующими главными требованиями: — распустить Комиссию ЦК по делу Ельцина; — предоставить Ельцину время для выступления по Центральному телевидению; — Горбачёву или его доверенному лицу прибыть 22 марта к 19-00 на митинг на Советскую площадь и отчитаться перед народом. Резолюцию принимали с шумом-гамом, часто перебивали выступавшего, вносили новые предложения и тут же их отвергали. После её принятия дали слово обиженным: пенсионерам, теткам-кликушам, представителям республик. Те говорили о своих конкретных бедах. Число митингующих стало быстро таять и к шести часам вечера у памятника осталось не более одной тысячи человек.

Собравшаяся в тот день толпа по своему социальному составу была достаточно однородной — почти сплошь работники умственного труда. Рабочих было, наверное, несколько сот человек. Мужчин и женщин – поровну; средний возраст — примерно 40 лет. Молодежь (судя по виду — студенты) во время движения колонны находилась в её головной части и выполняла роль «запевалы» при скандировании лозунгов (после ухода значительной части молодых людей интенсивность скандирования заметно снизилась). Хотя подавляющее большинство среди митинговавших являлись сторонниками «демократической оппозиции», в толпе было немало «красных», многие из которых в тот период поддерживали Ельцина, считая, что борясь с аппаратом, он содействует очищению партии и её верхов от лже-коммунистов и карьеристов. Спустя всего лишь пять-шесть месяцев, когда стало ясно, что Ельцин даже не «розовый», многие из присутствовавших на митинге «красных» приняли активное участие в создании Объединенного Фронта Трудящихся (ОФТ), а после августа-91 года — РКРП и «Трудовой России».

+++

Ещё в Блоге Толкователе об эпохе Перестройки:

Письма активистов во власть, 1989-90: «За Советы – без КПСС»

Анализ писем политических и общественных активистов, направленных во властные органы и партийную прессу в 1989-90 годы, показывают: основой реформы они видели восстановление власти Советов, самоуправление (вплоть до тюрем), социальное равенство и усиление насилия (вплоть до публичных расстрелов). Требования были похожи на программу эсеров 1910-х.

сср-1

***

«Они будут соблазнять нас жирным пирогом, чтобы мы приняли их веру»

Ленинградский писатель-рабочий Дмитрий Каралис в своем дневнике описал мрачную безысходной поздней советской эпохи. В его записях «низовой», народный СССР 1980-х показан как печальное царство пьянства и невежества.

дневник-1

+++

Если вам понравилась эта и другие статьи в Блоге Толкователя, то вы можете помочь нашему проекту, перечислив небольшой благодарственный платёж на:

Яндекс-кошелёк — 410011161317866

Киви – 9166313201

Skrill – ppryanikov@yandex.ru

PayPal — blog.tolkovatel@mail.ru

Впредь редакция Блога Толкователя обязуется перечислять 10% благодарственных платежей от своих читателей на помощь политзаключённым. Отчёт об этих средствах мы будем публиковать.

 

 

Tags: , , , , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *