Звенья одной грёбаной цепи

25.04.2013 | Общество


Рецидивы крепостничества всплывают в России то тут, то там. Самый распространённый из них – насильное удержание человека в зависимости. Крайний случай таких крепостных отношений – посадить зависимого на цепь. Неподвижность – вот идеал традиционной России.

Россия исторически маломобильная страна. Передвигались по ней, убегая от тирании, в основном только свободные люди – старообрядцы, казаки, нацменьшинства, несогласные. Но и тех почти всегда власть настигала и обездвиживала, будь то надзорное поселение, острог или прописка. Неподвижность россиян никуда не делась и с наступлением относительной свободы.

Наоборот – вот парадокс! – мобильность россиян за годы реформ упала. Доля населения, сменившего за год место жительства, составляла в СССР в 1980-е  5-6%, в годы относительной свободы - 1,4%. Для примера – в Финляндии эта величина 10%, в Швейцарии около 6%, а в Австралии, очень похожей на Россию по типу хозяйства и географической величине мобильность составляет около 8% в год.

Зато двадцатилетие реформ резко повысило «частичную мобильность» - в пределах своего ареала обитания. Невысокая географическая мобильность не означает отсутствия у работников желания искать новую работу: около 10% рабочих ежегодно меняют свое место работы внутри того же города, и примерно 10–15% населения имеют 2 или более рабочих места. Кроме того, достаточно широкое распространение получила неформальная временная миграция: около 10–15% глав семей, живущих в депрессивных районах, уезжает в другой регион на заработки.

Нынешнему государству низкая мобильность по нраву. Главная причина – нет повода строить дороги, инфраструктуру, санировать депрессивные регионы, оплачивать людям переезд на новое место. Есть и политические выгоды. Высокая мобильность – это ощущение свободы, а от свободы, как считает власть, одни беды. Любую проблему в России можно решить обездвижиньем (крепостью) – и это тоже позиция власти: закрыть аэропорт (за последние 20 лет ликвидированы около 300 аэропортов, в основном малых), взять под подписку о невыезде, не давать денег. Как показывают исследования социологов, бедность – это главный (для России «естественный») ограничитель мобильности:



Сами россияне не уступают в этом вопросе власти, и тоже уверены, что ограничить свободу – в прямом, физическом понимании – это решить проблему. Сама рассосётся. Не прилагать же усилия к её разрешению? Крайняя степень крепости внутри российского социума – это посадить близкого человека на цепь. Кроме прямой функции – чтобы не двигался и не натворил чего-то нехорошего, это и символический акт – опускание в семейной (или племенной) иерархии до уровня собаки или ещё какого-либо животного, чья основная жизнь проходит на привязи. На цепи в России сидят тысячи людей (возможно, сотни тысяч и даже миллионы), и лишь иногда (из-за закрытости, патриархальности общества) наружу прорывается информация о таком виде крепости.

Географическое распределение крепости – равномерное по стране. Столица ничуть не отличается от провинции. Вот на днях в Москве полицаи освободили молодого парня, которого отец пытался отучить от наркотиков, посадив того на цепь. От наркотиков не отучил, крепостник сам теперь пойдёт в крепость – на зону.

В первую очередь на цепь россияне сажают своих близких. Типичный пример – семья среднего возраста в Тюменской области, село Прохорово Армизонского района. Муж приковал супругу металлической цепью к кровати и так удерживал её несколько дней, пока женщине не удалось попросить помощи у соседей. Следователи поясняют, зачем он это сделал:

«Они прожили вместе более десяти лет и имеют троих детей, двое из которых общие. 11 апреля, после того, как женщина трое суток не ночевала дома, распивая спиртные напитки в развлекательных заведениях райцентра, у её сожителя просто лопнуло терпение. Чтобы наказать гулену, он прицепил к её ноге металлическую цепь, зафиксировав болтом с гайкой, а затем другой конец цепи прикрепил к корпусу кровати».

Через старшую дочь пленнице удалось передать записку соседям, которые обратились в полицию. Мужчине грозит «уголовка» за умышленное ограничение свободы.



Вместо того, чтобы поговорить, положить её лечиться, наконец, развестись, прохоровец предпочёл самый простой путь, предначертанный самой российской историей – крепость.

В стране продолжает жить иерархия не только по оси мужчина-женщина, но и старший-младший. Вот история из этой серии:

«В станице Ленинградской Краснодарского края Родная мать держала свою 19-летнюю дочь на цепи как минимум три месяца. Известно об этом стало после заявления от местного жителя. Он сообщил, что слышал в соседнем доме звук разбитого стекла и крики о помощи.

На место происшествия выехала группа немедленного реагирования. В доме, из которого доносился шум, полицаи обнаружили молодую девушку, прикованную цепями к кровати. По её словам, она вместе со своим маленьким сыном переехала к матери в станицу Ленинградскую из Ростова-на-Дону. Однако через несколько месяцев, никому ничего не сказав, снова вернулась в Ростов, а сына оставила на воспитание матери.

Женщина через знакомых стала разыскивать дочь и вскоре привезла её обратно, в станицу. Во избежание повторного побега дочери мать решила ограничить её передвижение и пристегнула к ногам девушки цепи. Причем, на время сна они менялись на более короткие».



Молодой, но мужчина – стоит выше в российской иерархии, чем старая, но женщина. У него по народным обычаям есть полное основание взять старуху в крепость. Так и поступил детина в  Волгоградской области, посадив свою 85-летнюю мать на цепь. Привязь была относительно длинной, и женщина могла передвигаться в пределах комнаты. Свои действия он объяснил наличием у неё психического заболевания и желанием избавить себя от постоянного ухода за престарелой женщиной. При этом за оказанием пенсионерке медицинской помощи мужчина в лечебные учреждения не обращался.

Служки из  Генпрокуратуры РФ обрадовали, что нерадивый сын полностью признал свою вину и заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судопроизводства. За это его дело будет рассматривать мировой судья, а, значит, на зону он не уйдёт.

Российские власти прекрасно понимают мотив домашних тиранов, и потому строго не наказывают их за крепостничество. Максимум – мягкая форма крепостничества, типа условки или психушки. Вот доказательство доброты властей к крепостникам:



«19 августа, находясь дома с членами своей семьи - сожительницей и двумя малолетними детьми, мужчина посадил на цепь 5-летнюю дочь жены от предыдущего брака. Причиной расправы над ребёнком послужил отказ девочки ложиться спать. Отчим вышел во двор дома, взял металлическую цепь, предназначенную для собаки, продел в нее брючные ремень и закрепил на шее ребенка. Второй конец цепи он привязал к батарее отопления в жилой комнате. Для того, чтобы добиться беспрекословного послушания ударил ребенка по лицу и кочергой - по ногам.

Позднее прокуроры выяснили, что мать пьёт, и не принимала мер к защите детей. По требованию прокурора дети помещены в Сухобузимский социально-реабилитационный центр, их мать в судебном порядке ограничена в родительских правах, отчим арестован, а потом помещён в психушку».

Семейная иерархия строго соблюдается и в случае вхождения в родственный кружок человека со стороны – например, будущего зятя. С самого начала он должен понимать, каково его место в группе. А если не понимает – хорошенько поучить и, если есть возможность, посадить на цепь.



«Не так давно полицаи задержали 53-летнего жителя Аннинского района Воронежской области. Выяснилось, что ему сильно не нравился 49-летний сожитель его дочери. Вместе с сыновьями несостоявшийся свёкр приехал к дочери, избил её любовника, усадил его в машину и привез к себе. Там снова избил и посадил на цепь в гараже».

А с чужими людьми вообще можно не чикаться. Есть сила и положение в обществе, а ты никто и звать тебя никак – знай своё место. В соответствии с такой российской традицией и поступил курганский предприниматель Александр Комаров. Он являлся владельцем крупной животноводческой фермы, мебельной фабрики и цеха по производству валенок. Строптивых работников своей фирмы он наказывал кнутом, закрывал их в бочке и заталкивал в горящую печь, приковывал цепями. В общей сложности под горячую руку бизнесмена попали не менее 15 человек.

Сухие строки полицейского отчёта гласят:



«Бизнесмен обманом заманивал людей к себе на предприятие, обещая им высокие зарплаты и хорошие условия проживания. Трудоустройство оборачивалось настоящим рабством, людям за выполненную работу не только не платили зарплату, но и за каждую провинность жестоко наказывали, нескольких людей даже пытались сжечь в производственной печи.

За попытку сбежать или отказ от работы, бизнесмен устраивал пытки, прибегая к самым изощрённым методам. Хозяева их избивали кнутами и брёвнами, приковывали на несколько дней к кроватям и запирали сотрудников в бочках.

Для того, чтоб нагнать страх на остальных людей и доказать, что за провинности серьёзно наказывают, рабовладельцы выставляли напоказ то, как они истязали своих рабочих».

Смешно, что такие отчёты пишут люди, которые сами пытают и сажают на цепь бедолаг, что имели несчастье попасть к ним в лапы.

Звенья одной грёбаной цепи – сказал недавно об этой жестокой русской действительности кто-то из свободных людей. Другой свободный человек, крепостник Пушкин не только констатировал факт, но и предложил выход из этой ситуации, как России слезть с этой цепи:



Оковы тяжкие падут,

Темницы рухнут - и свобода

Вас примет радостно у входа,

И братья меч вам отдадут.

+++

Ещё в Блоге Толкователя о духовных скрепах в России:

Россия становится рабовладельческим государством

В Воронеже освобождены 20 рабов, находившихся в собственности местного фермера. Такие события уже не удивляют – рабовладение становится нормой в России, а от попадания в неволю не застрахован никто. Выводы экономистов показывают: раб на треть эффективнее свободного человека.



***

Русская жизнь: везде страшно

«Дома сидеть надо!», – эту идею в своё время предлагал сделать национальной один милицейский начальник. Но в России находиться дома тоже страшно, как и на улице. Криминальные сводки показывают, что безопаснее всего в стране – в могиле, а тюрьмы скоро станут кусочком Европы.



***

Москва 1909 года: за 100 лет в городе ничего не изменилось

Гастарбайтеры, элитные автолихачи, сшибающие простых людей, коллапс коммунального хозяйства и медицинских учреждений, злоумышленники и абсурдные преступления, безбилетники, разгоны «несогласных» и подавление «крамолы». Москва 1909 года почти неотличима от нынешних дней.



+++

Если вам понравилась эта и другие статьи в Блоге Толкователя, то вы можете помочь нашему проекту, перечислив небольшой благодарственный платёж на:

Яндекс-кошелёк - 410011161317866

Киви – 9166313201

Skrill – [email protected]

PayPal - [email protected]

Впредь редакция Блога Толкователя обязуется перечислять 10% благодарственных платежей от своих читателей на помощь политзаключённым. Отчёт об этих средствах мы будем публиковать.

 

Теги:


 

Архивы